Поиск

Поиск

Объявления



Статьи


Аветик Исаакян (1875−1957)

Аветик Исаакян - выдающийся армянский поэт, академик Академии наук Армянской ССР, автор философской поэмы "Абул ала Мари"

ГЕРОЙ СМУТНОГО ВРЕМЕНИ

Исаакян Он осознал главное: нет такой политической формации или силы, которая могла бы устоять перед волной национально-освободительного движения. Но для этого необходимо взрастить в общественной среде выдающегося лидера и обеспечить для народов "эволюционный минимум развития, хотя бы на два поколения". Возможно ли подобное?

Впрочем, такое осознание перспектив наступит гораздо позже, а пока 16-летний юноша Аветик Исаакян уверен в другом: только национальная революция является залогом достойной жизнедеятельности наций. Не предтечей, а именно залогом. В главном рупоре освободительной борьбы армянского народа, газете "Мшак", подросток начинает публиковать "Гайдукские песни" с призывом к свержению ненавистного турецкого господства на армянских землях. Он слагает десятки дифирамбов в честь героев-гайдуков и воспевает Свободу, уже почти на манер великого предшественника Микаэла Налбандяна. Разочарование наступит спустя десятилетие, когда молодой поэт постигнет несовершенство человеческого общества как такового. Уже в 1905 году он начинает искать нового героя, "стремящегося к бессмертному солнцу". Им становится еще не представитель рода человеческого, а... стая диких уток, улетающих прочь от "мелочных и суетных, трусливых и коварных людей". И тем не менее его прежние убеждения еще не до конца стерты в памяти; 32-летний Аветик пишет знаменитый рассказ "Гарибальдиец" -своеобразный синтез старых и новых его ощущений. С одной стороны - глубоко осознаваемое солдатом стремление к свободе Отечества, с другой - констатация убогости человеческого общества. Старый гарибальдиец и есть мечущийся в поисках молодой Аветик.

Именно в процессе работы над синтезирующим "старое и новое" рассказом его и осеняет гениальная, как тогда еще показалось, мысль: свобода единственной Родины - самоцель, ради достижения которой можно принять условия всякой игры. Иными словами, всегда есть возможность найти некую формулу соответствия интернациональных (Мировое правительство) и национальных интересов, пусть даже на краткосрочный, но судьбоносный отрезок времени.
"Кажется, я наконец-таки начинаю постигать великого Микаэла Налбандяна", - подумалось поэту. Впрочем, рожденная в постоянных поисках формулы армянского существования мысль покинула его так же внезапно, как и появилась. Она вновь вернется к Аветику Исаакяну спустя 30 лет. Именно в 1936 году, после 25-летних скитаний по Европе, поэт возвратится в тоталитарный Советский Союз, будучи уже точно уверенным в главном: нет такой политической формации или силы, которая могла бы устоять перед волной национально-освободительного движения. Но для этого, действительно, необходимо взрастить в общественной среде лидера и обеспечить для народов "эволюционный минимум развития, хотя бы на два поколения". Но возможно ли подобное?

Еще в десятых годах XX века поиск Лидера - национального пастыря - подсказывает Аветику идеологический адрес Фридриха Ницше. "В Ницше меня вдохновил дух бунта, протеста, - признается он позже. - Но еще более привлекал меня лаконичный, крепкий, афористичный стиль Ницше". В течение трех дней поэт пишет свою знаменитую поэму "Абу Ала Маари", в которой перелетные дикие утки осени 1905 года принимают антропоморфную ипостась в образе уже великого арабского поэта X-XI столетий:

Беги, караван мой! От шумных пиров,
Безумных, развратных, бесстыдных всегда,
От гнусных базаров торговли и лжи,
От мерзостных скопищ без капли стыда!
От женщин беги, и беги от любви,
От дружбы и мести беги целый день,
Ненавистны мне люди, их нравы и быт,
И мне ненавистна людей даже тень.
Иди, караван мой, иди,
Попирай копытами - землю, права и закон,
И пылью пути своего покрывай как добро,
Так и зло - под бубенчиков звон.


О самой "поэме в сурах", как о главном художественном творении Аветика Исаакяна, написано достаточно. В зависимости от той или иной политической формации она всегда трактовалась по-разному, однако под тенью Заратустры скрывалось главное - самим автором поэма никогда не воспринималась как самодостаточное творение. Ее явление на свет было порождением не столько творческого, сколько политического поиска сильного национального лидера.

В скором времени Аветик Исаакян сам заявит об этом: "У арабского поэта взяты мной лишь две строки и не единого больше слова... Даже обстоятельства его жизни я изменил... Источник выразившегося в поэме "черного пессимизма" следует искать в несчастных обстоятельствах моей собственной биографии и в ужасных погромах армян. Философия Ницше чужда мне. Культ героев мне не чужд, но жестокости ницшеанского сверхчеловека я не понимаю. Ницше не пустил во мне корней, ибо он философ жестокости, а весь армянский народ - жертва жестокости".
В 1936 году, после долгих, мучительных исканий Аветик Исаакян возвращается на Родину. Он, конечно, прекрасно осведомлен о сущности сталинского режима, однако поэт знает и другое: именно в этот период нации и необходим духовный пастырь. Он сам решается стать лидером, которого так долго искал, но, увы, не находил. Совершенно жуткий психологический компромисс с собственным "я", на который и пошел в итоге Варпет ("Мастер" - именно так в Армении называли Аветика Исаакяна), был продиктован осознанием необходимости осуществления миссионерской деятельности, в расчете "хотя бы на два поколения".


Несколько лет своей жизни Аветик Исаакян вынужден был прожить в Европе,
эмигрировав туда, чтобы спастись от преследования царской жандармерии. И все это время он ежедневно вспоминал Родину, не забывая о ней ни на минуту: "Я всюду носил Армению в своей душе. Я смотрел на Монблан, а душа видела Масис (Арарат), странствующие певцы в Неаполе будили во мне мотивы наших народных песен". В 1926 году, не выдержав столь тяжкой муки, поэт вернулся в Армению.



Из молодого поэта-революционера, о котором великий Александр Блок писал как о "первоклассном и быть может самом непосредственном таланте в Европе", он превращается в смиренного, на первый взгляд, эволюционера, который, однако, отчетливее, чем когда-либо, осознает свое предназначение - поддержание духа армянства.
Вопреки кажущемуся спокойствию, в душе этого выдающегося поэта продолжают бушевать страсти, и он лучше, чем кто-либо, понимает: сопровождающий всю его биографию главный труджизни-"Новая идеология армянского народа" -в условиях СССР им уже написан не будет. Да и возможно ли подобное?

Дополнительно по данной категории

09.12.2018 - Минас Аветисян (1928–1975)
18.11.2018 - Жансем (1920–2013)
20.10.2018 - Гарзу (1907–2000)
08.10.2016 - Аршил Горки (1904–1948)
14.04.2015 - Ара Сарксян (1902–1969)
Объявления:
 

Вы это искали


Друзья